Новости сайта
Июль 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Апр    
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31  
Памятники архитектуры
Если Вам попалась на сайте грамматическая ошибка, то выделите ее мышкой и нажмите сочетание клавиш Ctrl+Enter.

Незаконные браки в Сибири

В старой Сибири очень часто заключались незаконные браки: то в близком родстве, то муж двоеженец, то жена двоемужница... Особенно такие явления наблюдались среди беглых, которых в Сибири всегда было достаточно. Светская власть почти не вмешивалась в эти дела, поэтому незаконные браки получали как бы негласное право на свое существование.

Венчание. Богданов-Бельский

Огласка происходила только если оскорбленная сторона возбуждала соответствующую жалобу, например, покинутая жена, или брошенный муж, или родственники обиженной стороны. Остальные же по большей части молчали и всячески уклонялись даже от свидетельских показаний, которые, как известно, также не обходились без хлопот.

Духовная власть, со своей стороны, принимала некоторые предупредительные меры. Так, начиная со второй половины XVIII века, св. синодом был издан целый ряд указов, в которых давались наставления, как поступать в сомнительных случаях (указы 1750, 1763, 1765 и 1777 годов). Впрочем, обилие указов ясно говорило о том, что они своей цели не достигали.

По этим указам вся тяжесть наказаний ложилась только на брачующихся, наказания для священников были сравнительно легкими, например, выговор, или небольшой штраф. Так, за «повенчание» беглянки при живом муже полагался только штраф в 10 рублей.

Духовенство в то время в деревнях было малограмотным,  плохо разбиралось в законах, священники могли  наделать немало ошибок по неведению, особенно в таком сложном деле, как брак, где нередко требуется умение разбираться в запутанных случаях родства. Эти священники, просто из чувства самосохранения, повышали плату за повенчание, рассуждая, что, на случай штрафа, она пригодится. Подобные обстоятельства создали в Сибири очень высокую плату за совершение таинства брака.

В указе Тобольской духовной консистории от 1788 года рассказывается об одном обычном в то время брачном деле.

В Езагажском заводе, находившемся в ведении Ирбинского (Минусинского округа) священника, работали крестьяне: женатый Иван Калачинов и холостой Аверкий Черкашенин. Жена Калачинова сошлась с квартирантом, с которым потом бежала в с. Бараицкое, в 130 верстах от Езагажского завода.

26 января 1786 года беглецы попросили местного священника Ивана Коновалова обвенчать их. Батюшка знал, что Черкашенин не женат, но относительно невесты у него не было никаких сведений. В виду этого, он отказался совершить таинство брака, тем более, что у брачующихся не было никаких документов. Но в то же время о.Коновалов указал брачующимся довольно простой выход из создавшегося затруднения. Именно староста и «поезжане» Иван Игнатьев, Тимофей Онашкин и Михайло Дрянных удостоверили, что невеста вдова. Удостоверили, конечно, без всяких данных, только со слов самой невесты, которую раньше и в глаза не видали. Такого импровизированного удостоверения было достаточно, чтобы о.Коновалов повенчал Черкашенина и Калачинову.

Через неделю после венчания приехал в с. Бараицкое Калачинов за своей женой... Тот самый староста, который недавно удостоверял вдовство Калачиновой, теперь оказал всякое законное содействие заполучить обманутому мужу свою жену и увезти ее в Езагажский завод.Возникло дело, в результате которого Черкашенин приговорен был к 7-летней епитимии и, кроме того, предан в распоряжение светской власти для соответствующего наказания; жена Калачинова — к 15-летней епитимии, которая могла быть уменьшена до 10 лет, если светская власть накажет ее телесно.

о.Коновалова наказали 10 рублевым штрафом, который однако не был взыскан за силой Высочайшего манифеста от 1787 года июня 28 дня.

Почти до конца XVIII века был распространен обычай «свенчания» малолетних. В поисках дарового работника в семье (или же по другим материальным или родственным расчетам) женили детей на взрослых. Детей, которые за свадебным столом нередко играли в куклы.

Светская власть нашла такой порядок не отвечающим государственным интересам. В соответствии с этим, синодом были сделаны в 1775 году по епархиям строгие распоряжения о «невенчании малолетних с возрастными девками». Но этот указ в глухих уголках России, особенно же в Сибири, не исполнялся. Случаи нарушения указа 1775 года во множестве происходили даже в первой половине XIX века. Некоторые из этих брачных правонарушений доходили до суда, но большинство сходило безнаказанно.

В 1780 году Новоселовский (Минусинского округа) священник Захар Сергеев повенчал 10-летнего Михаила Офонасьева с 15-летней «девкой Домной Филатовой». Брак этот был расторгнут, а о.Сергеев лишен был священства.

Бывали случаи, что «ссыльные колодники» желали вступить в брак с «таковыми же пересылающимися женками» других губерний. Подобные браки разрешались, но сопровождались страшной волокитой.

Переписка с приходскими священниками брачующихся для определения, нет ли каких препятствий к совершению брака, тянулась годами.

С 1809 года к существующим затруднениям для заключения браков между «ссыльными колодниками и женками» прибавилось новое. Иногда случалось, что жених ссылался на поселение в Тобольскую губернию, а невеста в каторгу или в Иркутск в работу. В случае венчания невеста должна была оставаться при муже, чем значительно облегчалось положенное ей по суду наказание, то есть, наказание просто не приводилось в исполнение. И наоборот.

Для устранения возможных на этой почве злоупотреблений и было издано в 1809 году распоряжение, «чтобы священники не прежде приступали к „свенчанию“ ссыльных, как предварительно получив от полиции удостоверение, заключающее в себе неподверженную никакому сомнению свободу на совершение желающих брачиться».

Вследствие этого распоряжения, полиция тоже начинала переписку по соответствующим инстанциям для того, чтобы получить «неподверженные никаким сомнениям» сведения. Таким образом, брачная волокита ссыльных еще более увеличилась.

В результате всех этих обстоятельств среди, главным образом, поселенцев наблюдалось большое число внебрачных сожительств. Это люди, заброшенные в Сибирь не по своей воле, оторванные от насиженных родных мест и от семьи, которая не всегда соглашается ехать в Сибирь. Такой «крестьянин из поселенцев», случайно приписанный к какому-нибудь обществу, обзаводился домашностью, если ее было на что завести. Чаще жил где попало, существовал на заработок и вступал в сожительство с такой же бездомной женщиной, или вдовой, или брошенной мужем и т. д.

Чтобы хоть немного изменить сложившуюся ситуацию, можно было предпринять несколько простых мер:
1) оказать переселенцам широкую материальную помощь при водворении на место приписки, чтобы дать им возможность завести сносное хозяйство, прикрепить их к земле;
2) женатым поселенцам дать развод с их женами (если те не пожелают переселиться в Сибирь) без обычных проволочек.

Как видно, внебрачные сожительства поселенцев вызывались довольно серьезными причинами. И недаром коренное население к ним относилось более или менее снисходительно. В Сибири, вообще, внебрачные связи не клеймились так, как среди русского населения в Европейской России; даже сибирская администрация и та, под влиянием общественных взглядов, проявляла более или менее гуманное отношение к «падшим». Вот один из таких документов.

30 мая 1894 года в одной из деревень Казачинской волости (Енисейского округа) крестьянская дочь Фекла Петухова разрешилась от бремени мертвым младенцем женского пола. По этому поводу Мокрушинский сельский староста явился с понятыми в дом, где Фекла Петухова нашла временный приют, с целью произвести дознание. В доме застал деревенскую повитуху и множество баб, при чем обнаружил, что младенец родился мертвым не «от признаков насильственной смерти», а на «законном основании».

Староста составил об этом акт и препроводил его Казачинскому волостному старшине Черных, который 3 июня за №4240 донес о происшествии земскому заседателю I участка Енисейского округа. Свое донесение старшина Черных закончил следующими словами:

При сем имею честь представить (акт и рапорт старосты) вашему высокоблагородию на благоусмотрение и зависящее распоряжение и при сем доложить, что никаких насилий и подозрений к сокрытию преждевременных родов не оказалось, и что крестьянская дочь Петухова беременность свою ни от кого не скрывала, которая произошла от неосторожности ее во время домашних работ, управляясь со скотом.

Таким образом, старшина не только не обвиняет Петухову, но по-своему, довольно бестолково, выгораживает ее «неосторожностью».

М.Терешкова.

Оставьте комментарий


 

 

2 + 4 ?
 



Хотите подписаться, не комментируя - введите свой Email  

Если вы решили прокомментировать статью, для начала ознакомьтесь с правилами.

Правила кoммeнтиpoвaния на сайте Красное место

  1. Прежде чем оставлять отзыв, подумайте, будет ли он полезен другим читателям?
  2. В поле "Сайт" можно указывать только ссылку на главную страницу вашего блога. Ссылки на прочие веб-ресурсы (в том числе блоги/сплоги, созданные не для людей) будут удалены.
  3. Короткие комментарии вроде "Спасибо!" или "Интересная статья!", могут быть удалены, если я не знаю автора, поскольку они очень похожи на спам.
  4. Не используйте в качестве имени комментатора названия сайтов, рекламные фразы и т.п. слова, - такие комментарии я тоже удалю. Прошу указывать нормальное имя или ник.
  5. Пожалуйста, не засоряйте ветку высказываниями не по теме статьи или вставкой только смайликов, если есть вопрос - поищите сначала соответствующую статью, если это все равно не помогло, лучше свяжитесь со мной лично.
Поиск по сайту

Случайная статья
Библиотека в Почтамтском переулке
Новые комментарии
Мобильная версия
Мобильная версия сайта Красное место