Красное место

В Думе заседают владельцы недвижимого имущества. Неудивительно, что внимание привлекает то обложение, которое касается их кармана. Неудивительно, что гласные, когда речь заходит о благоустройстве, прежде всего соображают, для каких городских классов эти мероприятия полезны. Поэтому и обсуждаются они в Думе с точки зрения интересов владельцев недвижимости и крупных торговцев. Вот где идёт откровенное виляние хвостами...

Но ведь главным плательщиком городской кассы являются не они, а городская беднота, несостоятельные обыватели. Взять, например, барахольщиков, разных торговок, перебивающихся с воды на квас, взять мастеровщину, арендующую на окраинах городскую землю. Эти плательщики молча, безропотно вносят в городскую кассу последние гроши, чего не скажешь о «лучших» людях. Бедняки не посылают гласных в Думу, они обладают минимумом средств, но на их костях держится город. Застигни их злой рок из-за болезни, дряхлости, житейской неудачи — куда им броситься, кому о них позаботиться? В Думе — некому, здесь прежде всего заботятся о том, чтобы на крупных домовладельцев, торговцев не пал лишний рубль.

Но что сделали для процветания города домовладельцы и торговцы? При ближайшем рассмотрении вопроса оказывается, что те городские классы, представители которых заседают в Думе, пользуются за чужой счёт всеми удобствами городской жизни. Городская касса получает деньги со всех промысловых свидетельств, со всех извозчиков и даже с бессловесных собачек... Но заботится город об одних домовладельцах и торговцах, имеющих представителей в Думе. Из 30 000 населения города Дума берёт на себя заботу о 400 лицах, которые не сеют, не жнут.

Что ж заботиться об интересах и удобствах тружеников? Надо заботиться об удобствах содержателей магазинов на Большой улице... А беднота, неимущие должны за всё платить, платить, платить, чтобы облегчить тяготы «больших» людей...

«Сибирская жизнь», 9 января 1900 года, Томск