Статьи за мая 2010
Как крестьянин губернатора раздел
В 1891 году некто Александр Угрюмов по приговору Тифлисского окружного суда был лишен всех прав состояния и сослан на поселение в Сибирь за подделку документов. Какие документы он подделывал и с какой целью — сейчас не дознаться, да и неважно это для нашего рассказа. Может, он и не Угрюмов вовсе был. Потому что, числясь по бумагам крестьянином, занимался в Ачинске совсем не крестьянским делом — сотрудничал с газетой, да не с какой-нибудь, а с политическим и литературным изданием «Сибирский вестник», издававшимся в Томске. Слал он в Томск и корреспонденции, и фельетоны, и письма, подписывая их разными псевдонимами: «Кудельный дед», «Староачинец» и пр. Ачинск и сейчас-то невелик, а в ту пору и подавно, поэтому очень быстро сначала общественность, а затем и полиция прознали, кто возмущает спокойствие в тихом патриархальном городке.
Надо сказать, что раньше начальство обращало на прессу более пристальное внимание, нежели теперь. По любой критической публикации чиновники должны были докладывать губернатору обстоятельства дела, что, конечно, было хлопотно, но зато позволяло губернатору быть в курсе всех затевающихся губернских скандалов. Словом, достал Угрюмов и полицмейстера, и прочих ачинских чиновников своими фельетонами. Тем более что общественность живо обсуждала все публикации, что не добавляло авторитета ачинским властям.
Наконец Угрюмов выкинул номер, который переполнил чашу терпения. Он написал пьесу и предложил ее ачинскому театру. Театр пьесу принял и даже стал готовить к постановке. Но поскольку тогда все спектакли ставились с дозволения господина полицмейстера, тот потребовал текст на просмотр. А просмотрев, пришел в ужас. В пьесе рассказывалось, как ачинские купцы с помощью взяток делят водочный рынок.
Бурлачество на Енисее
Казалось бы, с открытием пароходства на Енисее бурлачество должно исчезнуть. Но оно процветает с прежней силой, хотя мужик уже косится на пароходы. Прежде судохозяев было немного, поэтому бурлачество давало мужику выгоду. Теперь судохозяева платят, на своих харчах, из Минусинска до Красноярска 8-10 рублей, а до Енисейска 12-15.
Обратный путь рабочие проделывают пешком или на пароходе, куда нанимаются для носки дров. Но многие торговцы прибегают к помощи бурлаков, да и пароходов пока ещё немного, хотя едва ли есть промысел более убийственный, чем бурлачество. Вот вскрывается Енисей, а бурлак день-деньской в лёгком полушубке работает на ветру, его пробирает холодный дождь... А летом жара, тучи комаров и мириады мошек, с бурлака пот градом.



